Когда моя подружка Саша поступала на психологический факультет, родители ее отговаривали, мол, куда ты пойдешь, где работать-то будешь. Но Саша только отмахивалась со словами: «Разберемся». И вот, доживя до пятого курса и ходя все еще в студентках, она наконец-то решила, что пора начинать профессиональный рост, и устроилась работать помощником психолога в обычную среднюю школу, но для трудных подростков. Она была уверена в том, что психолог может вести в школе важную психологическую работу. Оклад у нее был небольшой — полторы тысячи рублей в месяц, но и работка, правда, тоже была непыльная: ее обязанности сводились к тому, чтобы рисовать плакаты, поздравляющие учеников школы с днем рождения. Это была задумка главного психолога, которая считала, что данная акция поможет создать в школе хорошую и добрую атмосферу, а дети будут чувствовать себя нужными и значимыми. Ну вот, Саша приезжала в школу раза два в неделю и, чтобы не рисовать каждому поздравление отдельно, собирала всех «новорожденных» за неделю и всем скопом рисовала один плакат. Красивыми печатными буквами. «Поздравляю». И дальше указывала имя, фамилию и класс «новорожденного».
Трудилась Саша в этой школе два месяца, а потом решила, что свою работу она переросла, и надо профессионализироваться дальше. Впрочем, за это время ее не раз посещали мысли о том, что работа в школе ей не совсем подходит. Особенно в этой мысли ее утвердили следующие два случая.
Один раз главный психолог заболела и попросила Сашу заменить ее на занятии. А надо сказать, Саша детей не любила и поэтому просьбу эту восприняла с горечью в сердце. Ну вот, сидит она у себя в комнатке, рисует очередной плакатик, а тем временем в голове ее крутится трусливая мысль сбежать из этой школы и больше не возвращаться, так она не хотела занятие проводить. Приходит время урока, открывается дверь, входит трудный подросток и, видя, что Саша в комнате одна, спрашивает: «А Дарья Александровна когда придет?» (так звали главного психолога). Ну, Саша, натурально, отвечает, что, мол, не будет Дарьи Александровны, а занятие будет проводить она лично. Мальчик мрачнеет, кивает головой и уходит. Через две минуты история повторяется: заходит другой трудный подросток, задает тот же самый вопрос и уходит. В общем, на занятие к Саше так никто и не пришел, и она радостная ушла в тот день домой.

А вторая история была такая. Сидит опять же, Саша, как-то раз в своей комнатке, рисует самозабвенно поздравительный плакатик. Тут в комнату входит директриса школы, смотрит хитро на Сашу и спрашивает: «А Вы вот, Саша, все плакатики рисуете?». «Рисую», — соглашается Саша. «А вот, — говорит директриса, — Вы на прошлой неделе нарисовали плакатик, поздравили одну девочку, а она так от этого обалдела, что на радостях напилась».
После этого случая Саша крепко задумалась о том, хорошим ли делом она занимается, не сеет ли она зло в школе. С одной стороны, порадовать ребенка — хорошо. Но хорошо ли, что он напивается? Стал бы он пить, если бы его не поздравила Саша? Что лучше — не поздравить, и видеть ребенка трезвым, или поздравить — и увидеть его пьяным? А может, он бы стал пить еще больше, если бы его не поздравили? Можно ли вообще ребенка отучить от пагубной привычки пьянствовать к месту и не к месту? Вопросов было слишком много, и ответить на них Саша не могла. Думала Саша, думала и через некоторое время все-таки уволилась из школы. Хотя ее уговаривали остаться, мол, это только начало, дальше-то поди как интересней будет. Но она все же решила, что работа психологом в школе не для нее, и сейчас подыскивает себе другое место. Психологи-то теперь везде нужны.